Влияние природно-климатических условий Заполярья на организацию и проведение Петсамо-Киркенесской операции

Влияние природно-климатических условий Заполярья на организацию и проведение Петсамо-Киркенесской операции

Как известно, физико-географические условия оказывают значительное влияние на ведение боевых действий. В отношении нашего края это утверждение справедливо вдвойне: многочисленные сопки, озёра, болота, безлесные плато, овраги наложили существенный отпечаток на подготовку и проведение Петсамо-Киркенесской операции. С какими трудностями столкнулась Красная армия и как преодолевала их?

Сперва разберемся, что представляет из себя местность, по которой предстояло наступать. Это сильно всхолмленное, устланное щебнем гранитное плато, полого понижающееся с запада на восток к Мурманску. На плато много сопок высотой от 150 до 600 м. Они, как правило, оголены, состоят из гранита, их подножья усеяны крупными камнями, а на склонах и в низинах раскинулись болота и озера. Подъемы довольно крутые - до 45 градусов, а в ряде мест и вовсе обрывы.

Вдобавок к этому район изрезан многочисленными быстрыми ручьями, мелкими речушками с топкими берегами, фьордами на побережье. Особенно трудно переправляться через фьорды. Их значительная ширина (до 800 м) при глубине от 4 до 100 м, быстрое течение, постоянное волнение порой были «не по зубам» даже специальным автомобилям-амфибиям.

Все это создавало ряд проблем для советских войск: сильно сковывало маневр, требовало много переправочных средств, скальный грунт затруднял инженерные работы.

Немцам специфика местности играла на руку. Они обратили ее в преимущество, построив за три года мощные оборонительные рубежи. «Гранитный вал» - так они их назвали, считая неприступными. И имели веские причины для подобной убежденности.

Общая протяженность обороны противника составляла около 60 км по фронту и 100-120 км в глубину. Левый фланг упирался в море; правый, 200-километровый промежуток, был открыт, но представлял собой труднопроходимую местность, затруднявшую ведение боевых действий даже малыми силами.

Становым хребтом «Гранитного вала» стали ротные опорные пункты, объединенные в батальонные узлы сопротивления. Передовые позиции составляли бетонированные огневые сооружения, наблюдательные пункты и укрытия, построенные из дерева, камня и гофрированной стали. Некоторые пулеметные гнезда и укрытия были врублены в гранитные скалы, что делало их малоуязвимыми даже для тяжелых снарядов и крупных авиационных бомб.

На 1 км фронта обороны приходилось по 15-20 долговременных сооружений. Все опорные пункты были приспособлены к круговой обороне и прикрыты минными полями и проволочными заграждениями. Гарнизоны располагались в опорных пунктах, оборудованных, как правило, только на господствующих высотах и выгодных для обороны участках, с промежутком от 2 до 4 км.

Типовую позицию, которую предстояло штурмовать, точно описал один из участников операции, артиллерист Н.И. Ермилов: «Эта высота была превращена фашистами в крепость. Тупую вершину ее венчал трехамбразурный дот, окруженный минными полями и опутанный многорядовыми проволочными заграждениями, круговой системой траншей и ходов сообщений, огневых точек. Подступ к горе затруднял быстрый поток, бегущий у подножья».

Промежутки между опорными пунктами прикрывали пулеметы и артиллерия, а также инженерные сооружения: гранитные надолбы, каменные стены, минные поля. Противотанковых заграждений было немного: немцы считали невозможным применение танков в заполярной местности.

Учитывая суровые природно-климатические условия Заполярья и основательную оборону противника, Красной армии предстояло решить незаурядную логистическую задачу по обеспечению наступающих войск.

Одной из главных проблем были дороги. Вернее, практически полное отсутствие оных. От Мурманска до рубежа р. Печенга вела всего лишь одна извилистая и проходящая по сильнопересеченной местности дорога. По выражению А.Ф. Лаврентьева, военнослужащего полка «Катюш», такое состояние дорожной сети «обескураживало».

Этого, конечно, было недостаточно для обеспечения наступающих войск, поэтому в преддверии наступления инженеры отремонтировали и построили более 120 км автомобильных дорог и 80 различных мостов.

Много сил было потрачено по подготовке исходного района наступления: в каменистом грунте были оборудованы траншеи, укрытия для танков, огневые позиции для артиллерии и минометов, блиндажи и землянки для пунктов управления. Эту работу лаконично охарактеризовал артиллерист Н.И. Ермилов: «Кто копал в тундре, тот знает, как это дается. Лопата тут лишний инструмент. И лом почти не нужен. Выручает только кирка».

В ходе боевой подготовки особое внимание уделялось обучению войск действиям на труднодоступной местности, прокладке колонных путей, преодолению инженерных заграждений, болотистых участков, форсированию рек и озер на табельных и подручных средствах.

Были разведаны подступы к переднему краю обороны противника и его опорные пункты, р. Титовка, несколько маршрутов для движения подразделений, совершающих обходы без дорог, определены районы для скрытного сосредоточения войск, произведена рекогносцировка более 15 участков для постройки дорог и прокладки колонных путей.

Каждой дивизии заранее были определены участки форсирования рек. В войсках было сосредоточено более 300 десантных лодок, более 1200 индивидуальных плавсредств, до 100 плавающих автомобилей. Для наводки мостов было подготовлено 6 понтонных парков.

Впервые в условиях Заполярья предполагалось использовать бронетехнику. Для ее продвижения каждому танковому взводу выделялось специально подготовленное отделение саперов. Они несли с собой взрывчатку для подрыва камней-валунов и запас лесоматериалов для преодоления болотистых участков.

Для инженерного обеспечения наступления по труднодоступной местности инженерные войска были расставлены по глубине в соответствии с боевыми порядками войск. В дальнейшем инженерам предстояло, помимо участия в сражениях, прокладывать колонные пути, расширять проходы в минных полях, налаживать переправы для форсирования водных препятствий, в том числе по льду.

Не баловала и погода. Так, в ночь на 7 октября, перед началом наступления, пошел снег, поднялся холодный сильный ветер, а утро 12 октября началось проливным дождем, сменившимся снежной метелью.

Вот как вспоминает погодные условия марша командир артиллерийского полка Г.Е. Передельский: «Был сильный встречный ветер, шел мокрый снег, а порой сплошные снежные заряды, свойственные только Заполярью... При сильном встречном снежном буране лошади вообще прекращали движение, а некоторые из них падали на колени или ложились».

В таких условиях самому бы не покалечиться, даже идя налегке. Местность Печенгского района столь непредсказуема, что обычное дело угодить в какую-нибудь яму: «При переходе через поток с Сергеем моим случилась неприятность: он поскользнулся и провалился по пояс между огромных камней в ледяную воду, ругался на чем свет стоит», - рассказывает Н.И. Ермилов о своём напарнике, радисте Сергее Малхасяне.

Помимо того, что следует соблюдать осторожность при переходах, должно сохранить в целостности вооружение, амуницию, что стократно усложняет и так нелегкий путь. Где не сплавлялись ослабевшие животные, тянули люди: «Личный состав орудийных расчетов, применяя специальные лямки, также оказывал помощь в буксировке орудий на большие подъемы и проводил страховку на крутых спусках... Шли по полному бездорожью - тундре», - вспоминает все тот же продолжительный марш Г.Е. Передельский.

Говоря о событиях Великой Отечественной войны, мы часто обращаемся к подвигам, занимающим минуты, секунды. Но не меньший героизм - это ежедневный изнуряющий труд в тяжелейших бытовых условиях.

Ни сильно пересеченная местность, ни реки и озера, ни крутые подъемы и спуски, ни каменные россыпи, из-за которых велся интенсивный огонь, не смогли сдержать Красную армию. Ее воины одолели не только капризный климат и суровую природу Заполярья, но и врага, поставившего эту природу себе на службу.