Те, кто делает наши города лучше…

Те, кто делает наши города лучше…

Часть 3

Юнкоры Медиашколы в Заполярье продолжают цикл интервью с теми, кто делает жизнь в наших с вами городах лучше. Одна из них — Кристина Юрьевна Мезенцева, которая уже несколько лет работает в школе № 19 учителем русского языка и литературы.


Кристина Мезенцева: «Я не тургеневская девушка!»

Среди детей она прославилась почти что материнским отношением к ученикам. Всех, кого хоть когда-то учила Кристина Юрьевна, она называет «мои дети», а будучи классным руководителем, не стесняется называть каждого подопечного «мой сыночек» или же «моя доча». Все это она считает вполне нормальным, а свои заслуги перед детьми и перед городом оценивает как «незначительные и скромные», но тут мы с ней не согласны! Кристину школьники реально любят, педагог она классный, и это известно даже ребятам из других школ! Уж мы то знаем.

При этом сама Мезенцева не является коренным жителем Заполярного — переехала сюда из Орловской области и сразу поняла, что нашла место, где ей будет комфортно в совершенной особенной атмосфере уюта и спокойствия, присущей маленьким провинциальным городкам.

Выбирая своего «незаметного героя», мы остановились на ней.

— Кристина Юрьевна, как формулируете основную цель своей деятельности?

— Мне важно, чтобы я занимала хоть какое-то место в жизни детей. Чтобы они, встретив меня на улице, понимали, что вот, перед ними я, их учитель. Хочется, чтобы у них в подсознании я ассоциировалась со всем хорошим. В один момент поняла, что дети в работе педагога важнее, чем, скажем так, признание коллег или полученные награды. Если тебя там, в классе, любят и уважают, то другие аспекты отходят на второй план. Мне было тяжело расставаться с моим 9 классом – это равносильно расставанию с моим собственным ребенком, к сожалению. Может быть, я плохая мать для своего ребенка, потому что он сейчас живет у бабушки с дедушкой, но здесь я считаю, что реализовываюсь полностью как классная общая мать, школьная мать, как учитель, которому не все равно на чужих детей. У них, конечно, есть свои родители, но мне хочется идти с вашими родителями рядом и вместе помогать вам дальше расти.

— Вы преподаете литературу… Нам вот кажется, что программа сильно перегружена. Есть ли какие-нибудь произведения, которые, по вашему мнению, можно было бы из нее убрать?

— Таких произведений нет. Совсем! Думаю, некоторых, наоборот, не хватает. Я бы вернула «Анну Каренину» Льва Толстого. Я в школьные годы с трепетом воспринимала ее образ, хоть этого произведения и не было в программе. Личность героини очень многопланова, безумно интересно в этом разбираться. Еще можно добавить роман «Господа Головлевы» Салтыкова-Щедрина. Очень жаль, что большинство таких произведений идут в дополнительных списках литературы. Ну а пересматривать или убирать – не мое дело, я же не методист. Если же сокращать каждый год список литературы, то мы многое потеряем.

— Что думаете про интернет-фольклор, скажем, про фанфики? Вы их читали? Может, пробовали писать?

— Фанфики уже были популярны, когда я училась на последнем курсе. Тогда это выглядело свежо и принималось за какой-то новый глоток воздуха для русской литературы. Одна из моих одногруппниц в то время даже защищала диссертацию на эту тему. Сама я писать не пробовала, да и не собираюсь. Не люблю, так сказать, сочинять в свободном полете. Больше люблю читать, слушать, понимать, но не писать. Я и полюбила литературу именно за это. В школе, помню, успевала прочитывать то, что проходили с классом, а потом подходила к учителю и спрашивала про дополнительные произведения. И ведь успевала же все!

— Что читаете из современной литературы в последнее время?

— Есть такой жанр, который многим покажется странным, — это неорелигиозная литература. Некоторые имена, например, Тихон Шевкунов (митрополит, епископ, сочиняющий книги), не пустой для меня звук. А увлек он меня тем, что хотелось какой-нибудь мистики, экзорцизма. При этом события, происходящие в его книгах, вовсе не выдумка, все основано на реальных событиях. Читала взахлеб, даже засыпала с книгой. После этого еще читала «Бабушкины стекла» (сборник сказок-притч о современных проблемах верующего человека. Главные герои этих необычных повестей – дети). Потом Юлию Вознесенскую «Мои посмертные приключения» (повесть-притча, образно повествующая о том, что ждет нас после смерти. В удивительных и порой страшных приключениях главной героини в загробном мире читателю открываются духовные истины, хранимые православной церковью). А совсем из последнего мне очень понравилась книга Юрия Каракура «Фарфор». Там меня притянула простота житейского языка. Простым слогом обывателя описывается течение жизни человека: «вот я сел в поезд», «вот пошел на остановку». Нравятся мне истории о жизни.

— Какой литературный герой у вас самый любимый? Или с каким вы себя ассоциируете?

— Наверное, нет какого-то определенного фаворита. Все-таки, в силу начитанности, я вобрала в себя различные качества из самых разных героев. По эмоциональности, мне кажется, я схожа с Бедной Лизой Карамзина, Катериной из «Грозы» Островского и Анной Карениной. Но ни один из этих образов до конца не отображает всю меня. Господи, да у меня есть что-то схожее даже с героиней «Леди Макбет Мценского уезда». Вот такая я — непостоянная, не тургеневская девушка!

О, вспомнила! Может, быть похожа на учительницу из «Уроков французского» Валентина Распутина. Хотелось бы… Мальчику же кушать было нечего, и она это знала, ей хотелось, чтобы он дальше продолжал учиться. Но я что-то сильно отвлеклась. (Лидия Михайловна изображается писателем как действительно талантливый педагог и наставник. Видя, что мальчик, ее ученик, явно недоедает, но из гордости не хочет принимать помощь просто так, она находит способ помочь ему через игру на деньги – прим. авторов).

— Вы вспомнили тургеневских девушек, а вот Наташа Ростова для вас кто? Такой уж ли она идеал?

— Для меня с 10 класса она далеко не идеал. К сожалению, тут с Толстым у нас мнения расходятся. Меня очень сильно и неприятно поразило, что она предала клятву, данную Андрею Болконскому (сам Андрей мне был очень симпатичен по мужским качествам с начала произведения, намного больше, нежели тот же Пьер или Курагин). Когда я отвечала на этот вопрос на уроке, то я смело назвала ее «куртизанкой». Очень жаль, что она находит в себе силу извиниться только тогда, когда Болконский находится на смертном одре. Для меня это предательство. Глубокий образ, конечно, разноплановый, светская жизнь, все такое, но не по мне эта «светская жизнь».

— Как любите читать книги: в электронном формате или же все-таки предпочитаете «по старинке»?

— Конечно же, обычная книга лучше. Потому что запах страниц – это нечто. Непередаваемые ощущения, когда она новая, переплет нетронутый. В детстве мама всегда старалась покупать новые книги. Существовал журнал «Мир книги», я его получала по почте. С нетерпением ждала каждый новый номер, хоть это удовольствие было не из дешевых. И домашняя библиотека у нас была хорошая и большая… Мама потом вспоминала, как я подходила к ней и говорила: «Мамочка, ну почему же нельзя вот так положить ручку на обложку и оказаться во всех сюжетах этих произведений, увидеть все самой, ощутить на себе!».

— Это было бы прекрасно! Но давайте теперь немного о другом. Каково ваше отношение к Заполярному?

— Он стал уже вторым значимым для меня городом. Здесь я смогла купить квартиру, поучаствовать в выборах как кандидат в совет депутатов нашего района. В Заполярном я планирую провести еще не один год. И понятно, что я его люблю, ведь я воспитываю детей, которые здесь живут, — важную часть этого чудесного города. Безусловно, я хочу, чтобы ребята росли, любили и прославляли свой город дальше. В Заполярном мне комфортно. Даже когда я приезжаю к себе на родину в Орел, то очень скучаю. Здесь все как-то просто, нет суеты, лишнего шума – это и есть для меня комфорт.

— И последний вопрос. Бывает, что ученикам совсем не интересна литература, они не воспринимают вас как учителя и невозможно до них достучаться?

— Конечно. Я, как преподаватель литературы, очень эмоциональна. Я же тоже живая! Для меня это, конечно, травма. Когда ты пытаешься посеять в ребенке доброе, мудрое, вечное, а семена не прорастают, становится очень больно. Что лукавить — есть разные ребята. До того, кто не хочет, достучаться невозможно. Но я уже не сильно зацикливаюсь на этом, потому что гораздо больше у меня детей добрых, отзывчивых и понимающих!

Источник — Kn51 – Мончегорск, Никель, Заполярный. Новости